Его жизнь заключалась в мыслях. Мысли заключались в его жизни. Он был мыслителем, но не таким как различные философы, хотя не философом его тоже нельзя назвать. Он не мог жить так, как все. Просто не мог. Зато мог размышлять над этим. Чётко и ясно понимая, что он хочет, он ничего не мог сделать. Он был мыслителем…
А ещё он был человеком, склонным к суициду. Он сам не знал, почему его так тянет покончить жизнь самоубийством, однако он хотел этого. В его голове было детально продуманно всё, относительно своего ухода из жизни. Но он боялся…
- Я умру, я умру – твердил он себе каждый раз, когда в его жизни происходили неудачи.
Но походило пять минут, а может два часа или сутки – не важно. И он говорил:
- Да пожалуй, всё не так уж и плохо. Я добьюсь, чего хочу. С завтрашнего дня всё будет по-другому. С завтрашнего…
А потом снова было как вчера…
Мыслитель с суицидальными наклонностями, который живёт, чтобы размышлять о жизни – звучит глупо и смешно.
Но в этом его сущность…
Её жизнь заключалась в веселье и работе. Она любила веселиться и, веселясь, она любила. Жизнь состояла из веселья и общения с людьми. Она была индивидуумом. Была не такая как все. Многие любили её, так как от неё исходило много добра. А она любила зло. Она знала, что является плохой. Но она плохо знала, что она зло. Хотя люди любили её…
( ... )